Калкаман И Мамыр

Вглядись в себя - добудешь и ответа На то, что есть давным-давно на свете. Вдоль Сыр-Дарьи казахи кочевали Вначале восемнадцатого века.1 Анет-Баба - старейшина Аргына,2 Нарек и бием, и муллою сына. Так наделен он честью в Среднем жузе, Когда почти что век ему нахлынул. Кишиком звался у Анета предок. Рожден был он за Мамбетеем следом. Мамбетсопы, Кишик от матери одной. Ей как ханше Турсына страх неведом. Айтек - мой предок на седьмом колене. Анета младший брат, готовый к смене. У байбиши1 родился сын Олжай; У младшей - Байбори и Калкаман отменный. Здесь Байбори Бакеном просто звали. Не сказку ведаю, а правду изначально. Родимый край покинул Калкаман Из-за любви, о чем не извещали. __________________________________________ 1В оригинале названа точная дата: 1723 год. 2Аргын - название племени, ответвлением от которого был род Тобыкты. 3байбише (каз.) - старшая жена. * * * У Мамбетея множились потомки. Один из них прослыл как бай прегромко. В пятнадцатъ лет одета как мальчонка , Мамыр взирает скрытой незнакомкой. Мамыр помимо нет детей у бая. Никто не смел считать девчонкой, зная, И чтоб не обозлился крупный бай, Общались с ней, за мальчика считая. О сватовстве не может быть и речи, Из-за еркек шоры,1 наверно, искалечат. Не думал о женитьбе Калкаман, Но при Мамыр душа горит, как свечка. Он знал ее и раньше, даже с детства. При ней он млел и таял без кокетства. И все ж на пастбище Мамыр о том узнала: Тумак, курук,2 как мальчик при наследстве. Молчание джигиту надоело. К взаимности любовь устремлена. Загадками ,как будто между делом, Сказал он то, чего ждала она. -Воссоздан человек, Мамыр, аллахом. Хауа-Ана3 к Адаму шла без страха: С мужчиной женщина воссоединена, От них и люди разрослись с размахом. Адама надо бы оставить с плотью, Чтоб разводил детей он с оторопью. С какою целью призвана Хауа? Вот здесь ума не приложу я плотно. -Ай, Калкаман, кто равен в мире богу? В товарищах нет у него нужды. Любовь нужна всем сущим на подмогу. Без этого все чувства нам чужды! Но если нет избранника с любовью, Подумай сам, зачем на свете жить? Аллах к любви лишь породил любого, Который должен лишь добро творить. - О, Мамыржан,4 слова твои - находка. И все - таки хочу сказать в ответ: Не ждут меня ни друг и ни красотка. С кем поделиться или умереть? Мамыр узнала о заветной цели, Но все ж решила просто промолчать. Хотя любовь проснулась в самом деле, Душа, волнуясь, начала гадать. Краснеет и бледнеет дочка бая, И на лице играет сердца зной. Внутри огонь, снаружи льдина тает, И капли пота жгут наперебой. Мамыр, решившись, обрзтилась вскоре: -Ай, Калкаман, известен стал уклон. Я и подумать не могу о вздоре. Надежду потерять, - как смерть, урон. Мамыр уходит после сих признаний, Покой теряет вовсе Калкаман. Однажды слышит, жаждуя свиданий, Что девушкой оделась Мамыржан. И радует его такая новость. Он думает, что прямо в цель попал. И в то же время беспокоит совесть, Как будто кто—то между ними встал. ___________________________________________ 1еркек шора - девочка, одетая как мальчик (Автор). 2Тумак, курук (каз.) - лисья шапка, петля для поимки лошадей. 3Хауа—Ана - проматерь в мусульманской религии. 4Мамыржан: жан (каз.) - душа. * * * Казахи и калмыки враждовали Из-за земли и косяков коней. Победу раз казахи одержали, И тобыктинцы радовались ей. Хан Самеке дал пир на Среднем жузе. На тое было множество людей. И молодежь в порыве и в союзе Обрадовалась вольности своей. Обычай был, что назван был бастаном,1 Где молодежь сходилась в дружный круг. И мысль овладела Калкаманом, Чтоб предложить Мамыр такой досуг. Мамыр решила заколоть ягненка. Гуляли люди молодые всласть; И Калкаман, подкравшись потихоньку, Спросил Мамыр, когда ответ все ж даст. Хоть Калкаман услышал то, что надо, Ушел, как будто ничего и нет. Слова Мамыр стихами, как награда, При всех и прозвучали как ответ: “Растет камыш на западе аула. За послезавтра уж не встретишь ты. Должны быть честь и сила, словно пуля. Иначе путь проляжет за хребты”. Такой он получил ответ—загадку. Другие не учуяли секрет. Коль послезавтра — в том и есть отгадка- Не встретишь в камышах, то значит — нет. И Калкаману таинство под силу: Постичь он смысл ее слов сумел. И послезавтра в камыши за милой Под вечер не пришел, а прилетел. Когда аул ко сну уже клонился, Пришла Мамыр в густые камыши. -Зачем без этой встречи, - он взмолился, - Далече собралась, хоть не ищи? —Ах, Калкаман, как ты все ж опрометчив. Мамыр пришла не насовсем к тебе. Уж завтра сватов шлют со льстивой речью. Наверно, так представлено судьбе. Вчера узнала, что судьбе угодно, Что наготове ехать к нам сваты, Поэтому дала знать, что сегодня Еще успеешь повстречаться ты. Прощения просить пришла к тебе я. Жива, но смерть витает надо мной. Прощаюсь я с тобой, прося прощения. С тобою я не телом, а душой. —Эх, Мамыржан, слова твои пустые. Тебя ли спросят, если промолчишь. У мулл наслышен, будет, как в пустыне, С молчанием безмолвие и тишь. Мамыр, меня коль любишь, то откройся. Свидетель — бог, за нами — шариат. Анет—Баба и пол—муллы, не бойся, Поддержат нас, народ — не супостат. —Коль, Калкаман, слова твои правдивы. Как видишь, я пришла к тебе сама. Ты суженый мой, чувства наши живы. Твори, что хочешь, хоть своди с ума. —Тогда я увезу тебя сейчас же. Пойми, здесь нерешительность вредна. Скотом откупимся, не будет тяжбы. Я тобыктинцев соберу сполна. —Не женится род Тобыкты на близких. На смерть бы лишь не осудили нас. Не за себя переживаю в риске. За вас боюсь, ведя на судный час. —Ау, Мамыржан, ты говоришь о чем-то, И внуков брак одобрит шариат. Пошел на этот шаг, поверь, с расчетом, Коль не отступишь от любви назад. Мамыр сказала: — Без тебя нет жизни. Слова звучали трижды как отказ. Доверься богу. Я склоняюсь низко. Готова к смерти, коль иду как раз! Задерживал я вас словами просто. Аллаху веря, так и поступай. Хотела, чтоб надежней был наш остов. Здесь белый иноходец — принимай. 1бастан - девушки при отсутствии родителей созывают сверстников, закалывают скотину и устраивают вечеринку. (Автор). * * * Влюбленные на иноходца сели И через час приехали в аул. Здесь Калкаман, признав вину на деле, Послать к Олжаю вестника дерзнул. Олжай пошел к Бабе посреди ночи: Походка суетлива и робка. Анет— Баба спросил, направив очи: —Зачем пришел, торопишься никак? — Наш Калкаман привез Мамыр, наставник. Никто об этом ничего не знал. Бежать им дальше или здесь остаться? Пришел я за советом, аксакал. - От этих слов Анету стало грустно, Сказал со вздохом: “Видел сон плохой. Какое дело и такое чувство. Там Кокенай, который так крутой.” Ему все в Мамбетее и подвластно. Он и батыр с характером лихим. На страже он всех дел здесь ежечасно, Решаемых с Бабой и только с ним. Баба сказал: —“ Куда ее он денет. Все Тобыкты, придя, оловести. И не жалейте ни скота, ни денег. Всевышний да поможет нам в пути. На сборе с Тобыкты четыре рода: Канжыгалы, Басентиин, еще И Атыгай, и Караул подходят, Анета клич поддержан горячо. Никак не сговориться с Мамбетеем. Не волновал калым тут никакой. Он требовал лишь приговор смертельный, Иначе будет не в ладу с Бабой. Баба сказал: - “Казнить здесь неуместно. Камнями забивать их не к чему. Коль не разрушен чей-то брак, нечестно Распоряжаться кровью посему.” Бродили люди много дней без дела. Но Кокенай не склонен был на мир. Пословицей с тех пор слова осели: “Как тяжба Калкамана и Мамыр”. * * * А время шло, но продолжались распри. На горе или счастье бьет набат. Однажды и Мамыр, собравшись наспех, В аул свой прибыла - на то судьба. Не соглашаясь, Кокенай кружился, В тот день с охоты прибыл он домой. Заметил, что вдали народ скопился. Пастух сболтнул: “Мамыр идет с толпой”. Услышав это, взял он в руки луку. “К Мамыр не приближайся! — вскрикнул он. — Бесстыжая, знать, ищет здесь поруку”. И человек был в сердце поражен. В момент Мамыр согнулась, став согбенной. Молилась, побледнев, держась за грудь. Бедняга из последних сил мгновенно Сказала, отходя в последний путь: —Прощаю я, ты, Кокенай, запомни. Пред богом совесть полностью чиста. Пусть кровь моя греховно не заполнит. Не трогай Калкамана так, спроста. Две смерти тяжелы для сердца будут. Не радуйся жестокости своей. Тоски любви двоих набрался груду. Воздаст ли благо кто—то из людей? Исполнилось желание как надо. Мне смерти Калкамана не видать. Убив меня, не стал моложе чада. Души моей тебе и не познать. —Прощай, мой Калкаман!.. Аллах накажет. - Потрогала лицо, глаза раскрыв чуть-чуть. Взглянув на мир пустой с любовной жаждой, Отправилась Мамыр в прощальный путь. * * * Свершив свое, собрав всех мамбетейцев, Злой Кокенай о казни сообщил. К Бабе он шлет слова, хоть ты убейся: “Зачем он Калкамана не убил! Сестренку в жены взял тот самовольно. Такую наглость я не потерплю. И коль Баба в живых оставит вора, Кишика я не знаю, отколюсь. Клянусь аллахом! Сразу откочуем. Пускай другого родича найдет!” Дошло до Тобыкты такое чудо И всколыхнуло родственный народ. Баба сказал: “ От распрей не избавим, Давайте мы исполним шариат. Мужчины кун1 и женщины добавим. Пусть Мамбетей останется как брат”. Но мамбетейцы не согласны снова, Твердят свое: “Унизили - раздел. Анет—Баба, где справедливость слова? Уйдем как чужаки в другой предел”. Не разрешили ни мольба раздора, Ни кун солидный, ни большой калым. К разделу Тобыкты шел в уговорах, За Мамбетея речь Канжыгалы: - Баба, создателю дела известны. Из-за малышки раскололся род. Возьмешь ли грех на душу, если честно? Калмыки жмут и разобщен народ. Пойдем и мамбетеевцам навстречу. “Еркек—токты2 есть жертва”- говорят? Но Калкаман для Тобыкты не вечный. Коль жизнь отдаст, то жертва он опять! К словам Бабы прислушалась округа. Ко всем невеждам супротив не стать. Сказал: “Спасу я многих от недуга!” Вздохнул Баба: свое не отстоять. Одни невежды прут и мудрый старец На крайнее решение пошел, Твердя: “Аллах, не бьется сердце даром”. Простится Калкаман средь бела дня с душой. Бабы благое сердце стало льдиной. Назавтра казнь — заступника и нет. Уходит Калкаман в любви безвинной. Абаю вы же затмевали свет. Баба Аллаху помолился тихо, Ручьями пот облил его лицо: “Пусть Калкаман верхом промчится лихо, А Кокенай стреляет, как в кольцо”. — Приказ свой заключил Баба весомо: “Попал — так Кокенай твое взяло, А нет — как прежде жить в ауле, дома. Аргын — за, Мамбетей доволен зло. И Кокенай согласен с приговором. И мамбетейцы взобрались на холм. Скакун Ардакурен подстать и впору, Что Калкаман обозревал весь дол. Глаза иных в тот миг затмили слезы: Как кратко длится в жизни белый свет. Привстав на стременах, родной и грозный, Так людям Калкаман послал привет. —Ай, люди, я погибну, вы остались. Я жертвой стал, так в жертву режут скот. Собрата жизнь оценена в столь малость, Введя и старца под греховный свод. Вам даром не пройдет моя обида: В бродяг вас превратит еще калмык. Душа тоскует по Мамыр, как видно. Чиста она, как молвит мой язык. Известно, без Мамыр не жить мне долго. Излишним счел меня наш Средний жуз. Мне только Тобыкты предельно дорог. Надеюсь, враг не скажет: сердцем пуст.- - Прощай! Благослови, Баба, - привстал он. - О, бог, прошу помочь! - благославил. А рыжий конь понесся, распластался, Что, кажется, уж Калкаман не жил. И Кокенай свой лук прицелил туго, Что вмиг стрела отшибла часть седла, Но всадник цел и туловище сухо. Стрела пронзила справа и прошла. Обняв коня за гриву, дальше скачет. Он четко виден с дальнего холма. Сорвал рукав он на своей рубашке И рану на бедре им обвязал сполна. Все юные наездники скакали От радости, судьбу благодаря. Устроить праздник брату обещали, Но все потуги были только зря. Им Калкаман: - О, сверстники, постойте. Меня сегодня вроде вовсе нет. Когда мне смерть - решение простое, Смогу ли я забыть до склона лет. И не смогу я жить средь тобыктинцев. Не тронет впредь здесь шутка или смех. Мне казнь приготовили гостинцем. Обиду не растопят просьбы всех. — Закончив слово, Калкаман отменный Взмахнул камчой на рыжего коня. Догнать невмочь, умчал, как от огня, На Елибай, на жуз большой, где пленник Узнал - есть Бухара и матери родня. И впредь никто не видел Калкамана. Анет—Бабе пришлось оповестить. У Тобыкты была такая рана,- Коней рядил, чтоб летом излечить. ________________________________________________ 1кун (каз.) - выкуп за убитого человека. 1Еркек—токты - ягненок - самец, который по обычаю приносится в жертву. * * * Буквально через год происходило1 То, что казахов вдруг поработило. Цевен-Раптан — калмыков вождь, батыр Хитер в бою и в этом его сила. По линии казах — калмык сражались. Еще до линии все трусы позажались. Бабы погибли пятеро детей, — Казахов охватила сильно жалость. Калмыки в битве грозной одолели. Убив казахов двух третей, смелели. Поскольку не смогли здесь сил собрать, Ушли казахи на Арку,2 осели. Дорогу эту знают все казахи, Как “актабан шубырынды”,3 как плаху. Брели босым и ступни белели, Плелись казахи — вспугнутые птахи. Поэтому и поиск Калкамана Не состоялся, как хотели, рано. И даже сам Анет — Баба бессильный На холмике остался, как ни странно. Потомки Калкамана, если верно, С Большим жузом в родстве срослись примерно. Себя причислив к роду Елибая, Про нас совсем не знают уж, наверно. Случится, кто-то из родных потомков Когда-нибудь прочтет вот эти строки, — В Семипалатной области живут Олжай, Бакен — вам родичи по крови. И мы живем в отрогах гор Чингиса. Найдете в Среднем жузе, коль случится. А в Тобыкты есть Кунанбай — хаджи.4 Его-то знают мыслящие лица..